May 4th, 2006

Ботичелли

Без яиц...

Казалось бы, чего уж проще: обрати лице свое на улицу, собери мешок деталек и конструируй себе стихи на злобку денька. А еще побольше яйности: везде себя в гущу событий, глубь водоворотов повседневности. И тогда-то господин дипломный оппонент не сможет сказать, что нет автора в стихах, что ничего-то он обо мне из них не узнал, что не стихи у меня - а сплошной "культурный слой" (ах, понял ли он, что сказал? Культурный слой - грязь, мусор и бывшие экскременты, в коих иногда что-то водится. Спасибо, дяденька, на добром слове).

Впрочем, я не об этом. Тут уж начинается совсем другая песня. Не могу я так писать. Тошно.

Я долго пыталась понять, почему так. Почему я не могу ухватиться за эту фишечку, почему меня мутит от яйности, личной драмы, распахнутости навыворот, вываливания душевных внутренностей на стол и развешивания на них табличек с комментариями? И вот я додумалась, кажется.

Помнится, есть такое мнение, что поэт - всегда наоборот. Что в эпоху тирании он вольнодумец, в эпоху ханжества - безбожник, в эпоху свободы - консерватор... Это не я сказала, просто попугайски повторяю, т.к. мне эта мысль нравится. Со всех сторон сейчас прет личная жизнь, все выворачивают свои карманы и вытрясают оттуда крошки и бумажки, использованные чувства и потрепанные воспоминания. И спекулируют показной откровенностью. Не случайно ведь это изобилие мемуаров и исповедальной лирики, много-много "я" повсюду. Терпеть не могу...

А еще, наверное, именно поэтому я почти возненавидела некогда любимую Цветаеву и еще сильнее невзлюбила Ахматову. Преподаватели, которые удивленно спрашивают у меня "за что ж вы их так?", видят в их творчестве то, что видели тогда - свободное выражение внутреннего мира поэта в атмосфере общей безликости. А я вижу начало, проросток того, что лавиной рушится на мои мозги - разбухшее, безудержное "я". И я - против! Не хочу поэтической обнаженки!

Мне хочется замаскироваться, спрятать даже то личное, о чем говорю в первом лице. Скажете, я не права? Но почему я не могу свой страх сделать страхом от меня отделенным? Неужели если я заставлю читателя волноваться и трепетать перед моим преображенным страхом, страдать от моей замаскированной любви, я буду непоэтом? Если я создам такой мир, какой мне хочется, населенный всякими чудными тварями, богами, героями, странными существами, просто людьми придуманными, и в него, а не в нашу будничность перенесу все то, что мне предлагают буквально рассказать стихами, неужели я буду просто сухариком, начитавшимся умных книжечек?

Не знаю, зачем все это пишу. Просто я пришла в ЖЖ с целью найти моего оппонента и сказать ему все это. И я рада, что лично ему все же не сказала. Потому как сие походит на истеричное раздирание на груди потертой тельняшки и биение себя любимой в грудь с воплем "гадой буду!" Но мысли в голове роятся, как - простите за самоцитату - флегрейские тени, и мешают жить. Посему я их выписала сюда, а вы, ежели хотите, выскажитесь по этому поводу. А не хотите - и ладно. Мне полегчало :)

А в довесок - вот о чем: если уж поэма (в том виде, как 200 лет назад писали) выродилась и издохла в муках, может быть, еще и тоска по эпическому заставляет меня так писать? Без яиц...
  • Current Music
    Несчастный случай - "Дай мне делать мое дело"